Войти

 


01//

Литературный

Лабиринт

 


02//

Психология Поступков

Life Коучинг


03//

Анатомия Чувств

 


04//

Модный бульвар

Fashion & Style


05//

Парад планет

О сакральном 


06// 

Comments

 


 

 

Дорогие друзья, мои соотечественники и ровесники! Сегодня особенная Дата. 22 июня – День начала Огромной Беды – страшной, кровопролитной войны, которая стала самым страшным испытанием ХХ века. Нашему поколению посчастливилось очень долго не знать – Что такое Война...

... Наше мирное послевоенное детство прошло рядом с Памятью наших отцов, которые на своих плечах вынесли все нечеловеческие испытания и принесли долгожданную Победу - в наши семьи, города, дома... Мы вс...

Популярные статьи

liliya-brick“Никто не является более желанным или более опасным, чем женщина с секретом.....” Загадочная, непонятная, манящая... Муза Маяковского. Возлюбленная...
antologiya-epoxi-slychainie-svyaziЯ давно хотела найти это стихотворение Е.Евтушенко. Именно сегодня, совершенно случайно, я его встретила... Это стихотворение поэт назвал самым удачным...
nash-konkyrs  Литературный Конкурс: “ Short - Short Story” Произведения малой прозаической формы Дорогие читатели, знакомим вас с нашими новыми авторами –...

Наш литературный конкурс “Short - Short Story” набирает обороты… Сергей Штильман о своем учительском сценарии - своем   « Доживем до понедельника» и о том, что ничего в нашей жизни не бывает случайным... -  Выбор профессии тоже.

 ПЯТОЕ СЕНТЯБРЯ

Сергей Штильман :

shkolaПервая неделя в школе была ужасной. Ребята меня не слушались совершенно. Все двадцать семь уроков были сорваны. Я не мог наладить никакой – даже самой элементарной – дисциплины. Было вообще непонятно, почему мои ученики не вышли из класса, не разломали парты, в конце концов, почему они не убили меня? Лучше бы убили – такого позора, такого унижения я не испытывал никогда и нигде!

Нагрузку в первый же год дали сразу изуверскую: 27 часов в трёх параллелях в самых хулиганских классах, от которых всеми правдами и неправдами отказывались все словесницы той школы.

И вот, наконец, пятница – конец кошмара. Оставалось выдержать ещё 6 уроков – и после этого я уйду. Напишу заявление по собственному желанию, отдам его секретарю Татьяны Павловны или ей самой – и уйду. Правда, могут заставить отрабатывать ещё два месяца. Ну, уж – дудки! Пусть пишут в трудовой книжке всё, что угодно: хоть увольнение за нарушение трудовой дисциплины – за прогулы! Пусть говорят, что хотят, в чём угодно обвиняют, но больше я сюда, в эту школу, ни ногой! Это же не тюрьма – наряд милиции за мной не вышлют, насильно сюда не приведут!

Какое счастье, что я закончил вечернее отделение института и мне не надо отрабатывать три года по распределению! Три года!!! А ведь какой-то бедолага должен ходить на эти каторжные работы целую вечность в такие вот классы, где по 7-8 ребят состоят на учёте в милиции, а у большинства остальных – неполные семьи.

Ученики в этой школе встретили меня сразу же откровенно враждебно. Парочка местных «авторитетов» из 8-го класса подошла ко мне в коридоре и проинформировала: «Мы семерых «училок» схарчили, и вас недели за три сожрём!» Какие там «три недели»! Непонятно, как одну-то выдержал! Боже мой, какие лица! Ехидные, пакостливые, глумливые! Говорить ничего не дают. Орут с первой до последней минуты урока. Домашних заданий никто не выполняет, даже самые тихонькие. И двойки я им ставил, и «колы» лепил – никакого эффекта. Дневников ни у кого нет. Во всяком случае, говорят, что нет или прячут. А бегать к завучу или директору самолюбие не позволяет.

Вот сейчас – уже через полторы минуты – прозвенит звонок, я запишу в журнал тему урока: «Повторение изученного в 7-м классе» – и уйду. Какое там «повторение»! Урок, на котором детишки изощрялись, как могли, в хамском остроумии, а я страстно хотел их всех поубивать, но знал, что не сделаю этого…

Но вот и блаженный звонок. Я отвернулся к окну, чтобы не видеть, как мои мучители выходят из класса. Слышал обидные словечки, которые детишки бросали – швыряли – мне в спину. С грохотом за последним из них закрылась дверь. Вот теперь – слава Богу – можно спокойно вздохнуть, вытереть со лба пот, перевести дух. Я подошёл к окну, упёрся лбом в стекло, чтобы хоть немного прийти в себя. Прямо передо мной, перед окнами моего кабинета, две маленькие девочки играли в «классики». Господи, какие они смирные и тихие! Неужели дети на самом деле бывают вот такими? Как мирно они прыгают на одной ножке и толкают перед собой железную баночку из-под вазелина! Я невольно загляделся на них. Эх, поработать бы сначала с такими вот – умненькими и послушными детьми. Там, глядишь, и привык бы понемногу! А то попал сразу в самые хулиганские классы!

Школа Татьяны Павловны Тузовой была очень своеобразной – этакая матрёшка. В выставочной её части – английской спецшколе – учились отборные детишки. Звёзды и звёздочки. Как говорила сама Тузова: «В этих классах – все звёзды». А в обычной – остальные. В том числе и состоящие на учёте в детской комнате милиции. Мне, разумеется, достались остальные.

Повернулся к учительскому столу, взял ручку, но тему урока записать так и не смог: на журнале, который за эту первую неделю я щедро разукрасил колонками «колов» и «двоек», лежала конфетка – дешёвая карамелька. Значит, кто-то из моих учеников или учениц каким-то образом, скорее всего, втайне от своих товарищей, положил ко мне на стол эту конфетку. …

Я не ушёл из школы ни через месяц, ни через год, ни через двадцать пять лет. Не из этой конкретной школы, а из школы вообще. Остался учительствовать. Эта конфетка перевернула всю мою судьбу. Я не узнал, да и не пытался никогда этого сделать, – кто именно положил ту карамельку на мой стол. Но благодарен этому ребёнку из того самого жуткого класса всю жизнь.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

 

     Соглашение           Контакты           Инструкция пользователя

© Project «Labirint25.com» Литературный журнал Авторский Проект И.Цыпиной