Войти

 


01//

Литературный

Лабиринт

 


02//

Психология Поступков

Life Коучинг


03//

Анатомия Чувств

 


04//

Модный бульвар

Fashion & Style


05//

Парад планет

О сакральном 


06// 

Comments

 


 

 

На книжной полке, доставшейся от бывших жильцов, я обнаружила забытую флешку.

Об этих людях я почти ничего не знала, но слышала, что они разъезжаются навсегда; что он, выдержав все круги ада эмиграции и построив жизнь заново с белого листа, «сломался», влюбившись в какую-то юную особу и уезжает с ней... Впрочем, их тривиальный сюжет мне был совсем неинтересен. Я почти не запомнила их лиц: заплаканное лицо растерянной, потерявшей все и вдруг женщины; хмурый, колючий взгляд ее бывшего супруга. Ну чем...

Популярные статьи

liliya-brick“Никто не является более желанным или более опасным, чем женщина с секретом.....” Загадочная, непонятная, манящая... Муза Маяковского. Возлюбленная...
antologiya-epoxi-slychainie-svyaziЯ давно хотела найти это стихотворение Е.Евтушенко. Именно сегодня, совершенно случайно, я его встретила... Это стихотворение поэт назвал самым удачным...
nash-konkyrs  Литературный Конкурс: “ Short - Short Story” Произведения малой прозаической формы Дорогие читатели, знакомим вас с нашими новыми авторами –...

“Изумительные стихи. Сколько смысла и как тонко подмечена мистическая связь с теми, кто ушел и кто нам бесконечно дорог.... Можно поставить целый спектакль по этим двум стихотворениям. Сильнее, чем "Реквием"…” (Ирина Цыпина)

Тех, в чьей памяти фамилия Тарковский ассоциируется лишь с сыном Андреем, знаменитым кинорежиссёром, на фото - ребёнком, уютно устроившимся на руках отца, прошу поверить: это поэт масштаба ничуть не ниже Цветаевского. И Арсений Александрович, и Марина Ивановна были и остаются ярчайшими звёздами на небосклоне российской словесности. Но речь сегодня не об их творческих достоинствах или вкладе в русскую поэзию, а о том, как по прихоти всё той же мало предсказуемой судьбы неожиданно пересеклись в одной точке их творческие и жизненные судьбы, да ещё и в такие знаковые, переломные времена.

"Времена не выбирают, в них живут и умирают..." Не выбирали и наши герои эти самые трагические тридцатые и роковые сороковые, "когда свинцовые дожди хлестали так по нашим спинам, что снисхождения не жди". В 1939-ом году Марина совершила роковую ошибку, вернувшись в Россию с двумя детьми вслед за своим мужем Сергеем Эфроном, попавшимся на крючок НКВД. Сразу после их приезда муж и дочь были арестованы, и судьба их была ужасна: дочь Аля 15 лет скиталась по тюрьмам и ссылкам, мужа в 1941-ом расстреляли. Настоящие стихи в те годы не могли быть напечатанными, и поэты с большой буквы, чтобы не помереть с голода, вынуждены были перебиваться переводами национальных знаменитостей вроде Джамбула и Сулеймана Стальского. Вот в доме такой переводчицы, строчившей подстрочники, и произошла первая встреча двух поэтов.

ARSЕму было 32 года, ей - 47. Был ли у них роман? Никто не знает.

Известно лишь, что вышли они оттуда вместе. Сам Арсений Александрович отрицал близкие отношения. Однако целый цикл стихотворений, посвящённых Марине, чувство колоссальной и непреходящей вины автора перед ушедшим из жизни его другом-кумиром, пронизывающее эти исповедальные стихи, упорно свидетельствуют об обратном: "Где лучший друг, где божество моё, где ангел гнева и праведности?... И чем я виноват, чем виноват?"

Нельзя не почувствовать какой-то скрытый подтекст, известный только им двоим, в стихотворении "Из старой тетради" того же 1939-го года:

Я слышу, я не сплю, зовешь меня, Марина,

Поешь, Марина, мне, крылом грозишь, Марина,

Как трубы ангелов над городом поют,

И только горечью своей неисцелимой

Наш хлеб отравленный возьмешь на Страшный суд,

Как брали прах родной у стен Иерусалима

ARS1Изгнанники, когда псалмы слагал Давид

И враг шатры свои раскинул на Сионе.

А у меня в ушах твой смертный зов стоит,

За черным облаком твое крыло горит

Огнем пророческим на диком небосклоне.

Но удивительнее всего диалог поэтов, дошедший до нас вопреки всем временам и обстоятельствам.

В 1940 году Арсений Тарковский, вспоминая всех своих безвременно ушедших родных и близких, написал проникновенное стихотворение:

Стол накрыт на шестерых -

Розы да хрусталь...

А среди гостей моих

- Горе да печаль.

И со мною мой отец,

mar2И со мною брат.

Час проходит. Наконец,

У дверей стучат.

Как двенадцать лет назад,

Холодна рука,

И немодные шумят

Синие шелка.

И вино поет из тьмы,

И звенит стекло:

"Как тебя любили мы,

Сколько лет прошло..."

Улыбнется мне отец,

Брат нальет вина,

Даст мне руку без колец,

Скажет мне она:

"Каблучки мои в пыли,

Выцвела коса,

И звучат из-под земли Наши голоса...."

MARIЧерез год уже и встречи с Мариной стали невозможны. А с начала войны и по декабрь 1943-го Тарковский постоянно на фронте, в редакции газеты 11-ой гвардейской армии, где был тяжело ранен и чудом остался жив, потеряв ногу.

Неведомо какими путями это стихотворение было услышано или прочитано Мариной. 6 марта 1941-го года, в один из самых тяжёлых периодов своей жизни, она нашла в себе силы ответить на него не менее проникновенным криком души:

Все повторяю первый стих

И все переправляю слово:

"Я стол накрыл на шестерых"...

Ты одного забыл - седьмого.

mНевесело вам вшестером.

На лицах дождевые струи...

Как мог ты за таким столом

Седьмого позабыть - седьмую...

Невесело твоим гостям,

Бездействует графин хрустальный.

Печально - им,

печален - сам,

Непозванная - всех печальней.

Невесело и несветло.

mar1Ах! не едите и не пьете.

Как мог ты позабыть число?

Как мог ты ошибиться в счете?

Как мог, как смел ты не понять,

Что шестеро (два брата, третий

- Ты сам - с женой, отец и мать)

Есть семеро - раз Я на свете!

Ты стол накрыл на шестерых,

Но шестерыми мир не вымер.

Чем пугалом среди живых -

Быть призраком хочу - с твоими,

Робкая, как вор,

Я - ни души не задевая! 

За непоставленный прибор

Mar5Сажусь незванная, седьмая.

Раз! - опрокинула стакан!

И все, что жаждало пролиться,

- Вся соль из глаз, вся кровь из ран

- Со скатерти - на половицы.

И - гроба нет! Разлуки - нет!

Стол расколдован, дом разбужен.

Как смерть - на свадебный обед,

Я - жизнь, пришедшая на ужин. ...

Никто: не брат, не сын, не муж,

Не друг - и все же укоряю:

"Ты, стол накрывший на шесть - душ,

Меня не посадивший - с краю".

Простим автору аберрацию памяти, немного трансформировавшую первую строку стихотворения Тарковского. Это были её последние стихи.

Кроме прошений, заявлений и записок с просьбами к знакомым и не очень людям она больше уже потом ничего не писала. А через полгода, 31 августа 1941-го года, Марины Ивановны не стало.

В захолустной эвакуационной Елабуге, отчаявшись найти работу, помощь своих собратьев по перу и какие бы то ни было средства для существования, она повесилась в сенях хибары добросердечной женщины, приютившей на время их с 18-тилетним сыном. Сам же Арсений Александрович прочитал последнее стихотворение Марины Цветаевой лишь в 1982-ом году, после публикации в журнале "Огонёк", когда ему было уже 75 лет. Очевидцы, видевшие его в этот день, единодушны в оценке тогдашнего душевного состояния поэта, характеризуя его одним словом: катарсис.

(из открытых источников интернета)

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

 

     Соглашение           Контакты           Инструкция пользователя

© Project «Labirint25.com» Литературный журнал Авторский Проект И.Цыпиной